elektronik sigara О сиюминутных выгодах

A+ A A-

В нашем грубом и циничном мире, как известно, управляющей категорией явля­ется максима из Крестного отца «ничего личного, только бизнес». Этот подход пред­полагает исключение какого-либо лич­ностного отношения к процессу и приме­нение голых технологий. Ты тогда молодец, когда твое действие оправдано некой тех­нологической необходимостью. Индивид должен быть «вынужден» так действовать, т.к. он выполняет приказ, должностную инструкцию или ранее принятые на себя обязательства, пусть даже в форме устного обещания данного самому себе.

Исключение личностной составля­ющей имеет «как-бы» положительную сторону в виде отсутствия ответствен­ности этой личности за издержки своей деятельности при полной приватизации «выгод». В материалистическом мире все выгоды какие? Правильно, матери­альные. Всем начитавшимся исторических романов и верящим в некие благородные фантомы рекомендую читать непосред­ственно исторические документы и при­нять как данность, что европейская тра­диция, отменившая Бога (в т.ч. в России 100 лет назад) не оставила места и для таких эмоциональных категорий как честь, достоинство, семья и т.д. Люди «избави­лись» от ответственности не только «там», но уже и «здесь», научившись оправдывать свои поступки простой формулой из попу­лярной книжки.

 А теперь следите за руками. Все истории про продажу души дьяволу предполагают получение благ «здесь и сейчас» в ущерб некой неведомой воз­можности получить что-то «там». Да и, чуть не забыл, душу тоже нужно отдать «здесь и сейчас». Все это должно сопро­вождаться живописным подписанием контракта собственной кровью. Про что в действительности рассказывают эти истории мне как экономисту? Конечно, про свободную волю. Это — наше главное богатство.

Если вы желаете самостоятельно (под свою ответственность) руководить своей жизнью, развивать свою личную конку­рентоспособность, то обязательно полу­чите столько, сколько заслуживаете. Кому служить прикажете? Да ближнему своему, кому же еще! Про это тоже много раз ска­зано. Причем делать это надо с любовью.

Тогда твоя конкурентоспособность, а проще говоря, востребованность необы­чайно возрастает. И «материальные блага польются широкой рекой». А можно полу­чить все и сразу? Конечно! И даже известно в обмен на что...

Но так как мы рассуждаем в экономи­ческих категориях, то речь идет об обяза­тельном отказе от собственной воли (ответ­ственности). Приказ выполняете? Блага полились? Значит, где-то отчего-то уже отказались. Так, вроде, крови же не было, значит все нормально? Да, да, нормально, просто не думайте об этом, ум, разум и прочее мышление поставляются опцио­нально свободным индивидам, не отказав­шимся от собственной воли. А кровь есть, вы просто ее видеть не хотите.

О чем же это я так длинно? Да все о том же — об Украине. На наших глазах страна отказалась от собственной воли, своего Президента и приняла над собой волю чужую, заморскую. Народ, располагающий территорией равной Франции через 23 года самостоятельного государственного строи­тельства утратил государственные органы власти и перешел де-факто под чужой протекторат, как какая-нибудь Босния и Герцеговина. Сегодня попалось фото в интернете, на котором Д. Байден сидит в президентском кресле и проводит сове­щание со своими «новыми украинскими коллегами». Это уже даже не смешно. Тор-ганули ребята своей близостью к России и ее стратегической трубой. Не захотели служить ближнему, выбрали дальнего. Смешно выглядит даже националистиче­ская составляющая — ненавидеть своих белокожих, исторических соседей, чтобы полюбить «рассово близких» афроамери-канцев. Как, интересно, каждый из наци­оналистов будет решать для себя эту онтологическую задачку: пришло время подчиниться не «москалю», а «негру»? Подкузьмила Америка своей политкоррек-тностью и толерантностью! Вот ведь пан­ское чванство какую свинью иногда людям подкладывает.

Однако, учитывая, что многие из нас связаны историческими корнями с Укра­иной, то мы на бытовом уровне опасаемся как бы не «залюбили» до смерти нашу соседку эти темнокожие крепкоскулые вояки. Незалежних вождей это мало беспо­коит, ведь как пел О. Газманов «огни отелей так заманчиво горят». Ну так это была песня про гражданку определенной профессиональной принадлежности. Неужели «вошли в профсоюз»?

И ведь дадут каких-то денег и даже, может, поговорят. Но только в обмен на свободную волю. «Огни отелей» застят и всю экономическую логику текущего момента и исторический опыт относи­тельно близких соседей. Это про много­страдальную Боснию и Герцеговину: в результате страшного гражданского конфликта ни одна из сторон, воевавших в Боснийской войне не получила того, ради чего она и взяла в руки оружие — самоопределения. Мусульмане не обрели возможность преобразовать Боснию в унитарное исламское государство, сербы и вовсе лишились части исконных земель. Зато гостеприимно распахнулись двери нашим заокеанским «партнерам». Хлопчики умудрились договоры аренды на землю под НАТОвские объекты заклю­чить на 50 лет. И не мудрено. Когда сам с собой договор заключаешь, то заклю­чишь обязательно!Вот хоть китайцев спросите, как это случается? Им вообще 99 лет по многим своим территориям ждать пришлось. Это все было бы весело, если бы нам не при­шлось потом приватизировать издержки этих игрищ.

А сейчас что мы имеем? По факту одна страна (банкрот с 1973 года) пытается пои­меть гешефты за счет другой страны (бан­крота образца 2014 года). Угадайте, откуда возьмутся деньги? Правильно — утекут с наших рынков из-за «высоких страновых рисков, возможного введения санкций» и прочих рукотворных историй.

В супердержаву теперь превращает не столько экономическая супермощь, сколько супердолги. Вот вам дадут в долг 14 триллионов неважно чего? И мне нет. Значит нам с вами не стать супердержа­вами. А кому-то «повезло» больше. Круто ведь разориться и весь мир держать в заложниках? Такая вот простая история из 90-х, когда должника лучше не обижать, а то тогда вообще никаких денег не вер­нешь. Форма стокгольмского синдрома, развившаяся до суверенного уровня...

Специалисты по освобождению заложников говорят, что переговорщик должен всячески поощрять развитие стокгольмского синдрома у жертв, чтобы полностью исключить возможный риск для жизни заложников. К сожалению, это то, чем нам придется заниматься в бли­жайшие годы на Украине (от 5 лет и более). Но   заложников  освобождать  все равно надо. Миссия такая у нашей страны, какое столетие не возьми. Тонкость момента только в том, что освобожденные потом все равно любят своих захватчиков больше чем освободителей. Это если кто рассчиты­вает на благодарность.

Бестселлер в Государственном  департаменте СШАС технологиями заманивания жертвы на огни отелей и ее дальнейшего обезволивания все понятно. Эта пиратская логика рейдерских захватов одинакова что для предприятий, что для целых стран. Попытки ее широкомасштабного применения мы видели на болотной площади в Москве. Если где-то образовался бес­хозный актив (жирный кусок, оставленный без надлежащего попечения собствен­ника), то доступ к нему открывает ини­циативная группа «недовольных». Свою позицию недовольные объясняют ростом гражданской ответственности и общей бескрайностью собственной пассионарности. Как правило, эти люди имеют про­фессиональный или общественный авто­ритет (боксеры, певцы, писатели, все кого публика любит). Однако пассионарность без любви и благословения — обычная гордыня. Это легко понять, как только вы увидите шальные горящие глаза, «благо­родный» гнев и желание найти «чужих», «врагов» (в любых попытках представить мир черно-белым). Тут важно понимать, что отбор «недовольных» происходит без их ведома, поэтому их возмущение обви­нениями в ангажированности действи­тельно искренние!

Заказчик настойчиво пытается осве­жить в их памяти все случаи попрания их светлых надежд и просто любой оплошности руководителей. Обязательно подчер­кивается, что они, несомненно, достойны лучшей доли. Обозначается, в чем эта доля заключалась бы, будь его воля. Когда противниками руководства стано­вятся «лучшие» люди, остальным ничего не остается, как только примкнуть, чтобы не опоздать и не остаться в париях при разделе пирога. Удивительно, что рядовые участники всегда понимают, что их мас­совка нужна для раздела пирога и хотят свою долю получить, а вот инициативная группа пытается тешить себя иллюзиями, что она призвана для исторической миссии освобождения от ненавистного зарвав­шегося руководителя и поэтому может даже от доли отказываться. Защитная психологическая реакция такая, ничего не поделаешь (раньше таких людей обви­няли в гнилостной сущности, а на самом деле это банальная личностная незре­лость). Протест нарастает лавинообразно и становится модным, и когда становится понятно, что ближайшее окружение руко­водителя колеблется (струсило и забыло о своих прямых обязанностях), наступает день скупки контрольного пакета и леги­тимный вход на объект (фиксация доступа к активу). В момент входа руководитель выкидывается из кабинета и никогда больше не возвращается туда на прежних основаних. Возврат не выгоден никому — ни заказчику, ни «недовольным», ни мас­совке, ни дрогнувшим соратникам.

Как видим, цена входного билета для заказчика смешна (особенно с учетом «сознательности» некоторых подвер­женных особой гордыне «недовольных») — лукошко пирожков, охапка белых лен­точек, небольшой финансовый венчур или обещание должности в новой обезво­ленной структуре. Итак, захватчик вошел на объект и заварился изнутри. В руках у него легитимно купленный контрольный пакет, доступ к печати и подконтрольный руководитель. Он начинает лихорадочно закредитовывать предприятие и выводить активы. Массовка цинично увольняется вместе с инициативной группой.

Мы отступаем, понимая, что стои­мость владения активом несопоставима с выгодами от его обретения. Однако если вовремя привлечь на свою сторону суды, часть инициативной группы и большую часть массовки, то ситуацию можно рас­качать в обратную сторону — либо сделать отчаянный антивход (Крым) и выкинуть захватчика, либо купить у него ситуацию целиком.

Есть два промежуточных вари­анта — Боснийский (захватчик контро­лирует весь объект, но при этом объект полностью выпадает из хозяйственной жизни со всеми вытекающими послед­ствиями для массовки). Польский (актив разделен на несколько частей, контролиру­емых разными заинтересантами).

Русофобской Украине нет места на политической карте мира. В вышеопи­санном контексте, это полностью эконо­мическое требование и в нем нет никакой политики. Наша сестра-соседка ведь девушка православная, а заказчик то ли язычник, то ли атеист, поэтому венчаться точно не собирается. А без венчания, какое семейное счастье? Так, блуд сплошной. Вот почему предпочтительной видится покупка ситуации целиком. Переговорная позиция у нас для этого есть, но она, скорее всего, понятийная, т.к. «суды» тоже находятся под контролем заказчика. В случае покупки ситуации целиком, заказчик уйдет с объекта тихо, внезапно, при полном непонимании большей части «недовольных», но с полными карманами денег. Хотя деньги иногда — это самая дешевая плата. Может, они ее для того и захватывали, чтобы подороже нам про­дать?

Вот так, вкратце, выглядят особен­ности утраты и освобождения братской страны — грубо, цинично, но очень тех­нологично. Как велит время и пиратская логика, навязанная главным банкротом и целой когортой его «стокгольмских» заложников.

Время также настойчиво предлагает нам определиться с собственными интере­сами и ресурсами, необходимыми для их достижения. Неровен час, помрет старая дряхлая заокеанская псевдодемократия, а мы все такие «уставшие». Почему помрет? Да потому что источник легитимности ее действий — американский народ — ни сном не духом не ведает о реальном положении дел. Пять лицензированных мегакорпораций в области СМИ превосходно справляются с организацией летаргического сна американского избирателя. Однако падение рейтингов Обамы вселяет робкую надежду, что избиратель начинает осознавать, что перед ним не реальный лидер огромной страны — а актер, игра­ющий заданную роль в интересах неве­домых заказчиков. Современную Аме­рику ни ненавидеть, ни любить нельзя, как нельзя ненавидеть или любить ком­пьютер. Это просто устройство, позволя­ющее решать те или иные личные задачи. И кто-то им умело пользуется. Сам по себе компьютер не может быть ни злым, ни добрым. Таковыми могут быть только мысли и воля, управляющего им человека. Надо начать осваивать матчасть этого замечательного устройства, и тогда жизнь и у нас наладится. В этом смысле у нас там, за «лужей», обязательно есть партнеры. Должны быть. Ведь недовольные есть всегда, и просто надо смелее сколачивать свою инициативную группу. Ничего лич­ного, только бизнес.

Ходус А. А.,

к-т эк. наук


 


Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии

Войти or Регистрация

Войти

Регистрация

User Registration
Отмена